Свидетели Панивальковой. Участницы трио Panivalkova о своём знакомстве с идеальной женщиной

Фото: Александр Чекменёв, пресс-служба трио Panivalkova

Местом притяжения стал Киев. Около десяти лет назад к нему устремились два луча — с запада и с юго-востока. Первый начинался в Ровно, на родине Даши Пугачёвой. Старт второму дал Энергодар, где жила Ира Лузина. Наметив кратчайшее расстояние до столицы, луч накрыл Жёлтые воды — город Иры Кульшенко, а дальше направился уже с удвоенной энергией. Никакая это не метафора, взгляните на карту.

Все приехали в Киев учиться: Лузина и Пугачёва — в архитектурном, Кульшенко — на филфаке. Изначально заниматься в столице музыкой планировала лишь Даша: хотела научиться достойно играть на барабанах, найти группу по душе. Не очень типичный для девушки выбор инструмента она объясняет случайностью: однажды, ещё в Ровно, ей подарили барабанные палочки, решила попробовать, увлеклась. Подучилась, четыре года была участником группы "Лорелея", играла поп-рок. Обе Иры, имея опыт музыкальной школы, каждая в отдельности тоже что-то пробовали — к музыке тянуло. Ничего серьёзного из этого не получилось, зато все вошли в довольно тесный музыкальный мир Киева, познакомились — лучи наконец сошлись.

В декабре 2012 года Иры встретились в метро, разговорились и пришли к выводу, что пора бы вместе поджемить, просто ради удовольствия. Понравилось. Почувствовали, что не хватает ударных. Позвали Дашу. Так с 2013 года дата 8 марта обрела для них новый смысл — это день первой репетиции трио, день рождения Panivalkova — не только группы, но и женского идеала.

Идеальная женщина

У Panivalkova многое складывается как-то само, формат трио, например. Штатные инструменты — барабаны, перкуссия, клавишные и укулеле. Последняя тоже проникла в штат почти самовольно: на Новый год Ирине Лузиной подарили гитарку, она быстро её освоила, инструмент идеально вписался в стиль группы.

Девушки считают, что такой состав кажется нестандартным только тем, кто привык к штампам, например, не представляет себе группу без бас-гитары. Бас на клавишах звучит иначе, но им это не режет слух. А впрочем, трио — не догма: если для концерта или записи нужны дополнительные инструменты, приглашают музыкантов. Руководствуются при этом простым принципом: надо — не надо. Хотя чаще всего всё-таки обходятся своими силами.  

— Мы могли бы взять бас-гитариста, но это будет уже не Panivalkova. Мы втроём — это она, идеальная женщина, — говорит Ира Кульшенко.

Один из её любимых вопросов — о том, откуда эта пани взялась. Ответ давно отточен, из него пророс целый миф.

— У меня на руке есть татуировка — Фредди Меркьюри, — Ира демонстрирует тыльную сторону левого запястья. — У нас уже был заявлен концерт, но не было названия. В ночь перед выступлением мне приснился Меркьюри, я спросила его, как назвать группу, он ответил — Panivalkova. С мэтром глупо спорить.

— Панивалькова существовала до нас. Она — само совершенство, само творчество: разговаривает на всех языках, играет на всех инструментах. Она нас выбрала, стала нашей музой, нашим альтер эго, — вторит Даша, поясняя, что увидеть пани можно только двухмерной — на рисунках, но это не мешает ей существовать и всех остальных измерениях, сколько бы их ни было.

— Эта загадочная дама, которая напевает вам мелодии и тексты, изменилась за четыре года знакомства? — спрашиваю.

— Это широкая концепция на самом деле, — без иронии в голосе произносит Ира Лузина. — Может быть, звучит смешно, но, если рассматривать её как абсолютную творческую величину, Панивалькова не меняется, мы под неё подстраиваемся, под эту большую идею.

— Она нас ведёт, ей нет смысла становиться лучше, — сверкает глазами Даша. 

— Кажется, вы уже испугались нашей "секты свидетелей Панивальковой", — смеётся Лузина.

Немного отвлёкшись, я думаю о том, что концепция очень удобна, она позволяет не ломать голову над природой творчества: так дано — и будь что будет. Поэтому и ответ на следующий вопрос о том, как выбирают язык для песен, имея возможность использовать английский, французский, русский и украинский, звучит вполне закономерно. Наигрываешь мелодию и сразу же понимаешь, что тексту нужно звучать, к примеру, на английском, это даже не обсуждается. Зато музыканты могут много времени посвящать скрупулёзному, до нотки, разбору аранжировок, спорят иногда подолгу. Принцип "надо – не надо" выручает и здесь: убирают всё лишнее, оставляя необходимое.

Свой стиль девушки назвали "чувственным минимализмом", хотя Ирина Лузина и замечает, что это в некотором смысле стёб. Поясняет, что рамки стилей давно размыты, они накладываются друг на друга, поэтому вряд ли стоит пытаться классифицировать, что же играет трио. Когда я пытаюсь уточнить хотя бы, на каких китах стоит их музыка, она под общий смех отрезает: "На Ире, Даше и Ире".

Некоммерческий проект

Можно сказать, что и популярность к трио пришла сама. Иринам легко пишется об идеях, которые им близки, о том, что произошло с ними лично, — часто получается чувственно. "Написание песни — это исследование темы, самоанализ, терапия", — поясняет Лузина, а её коллеги дополняют, что в песнях Panivalkova всегда есть эмоциональный контраст: слушатель переживает весь спектр эмоций если не в каждом треке, то уж в альбоме точно.

Сыгрались — девушки проводили на репетициях почти всё свободное от работы время. Репетиционная база была местом отдыха, там можно было не только помузицировать, но и попить чаю, поиграть в баскетбол на площадке по соседству. Наработали репертуар, выступая в клубах. Записались — пусть дебютный мини-альбом "Панівалькова" не стал мегапопулярным, зато трио сумело заявить о себе широкой публике, создав хит "Крейзі Нікіта". Группу стали звать на фестивали, начались гастроли по стране, публика везде принимала тепло. Секрет прост: люди чувствуют, когда на первом плане творчество, а не желание получить выгоду, а именно это одна из главных отличительных черт Panivalkova.

Участницы трио называют себя абсолютно некоммерческим проектом. До прошлого года, когда наконец-то смогли позволить себе уволиться с работы и заняться только музыкой, всё делали сами. Придумывали фишки для каждого концерта, искали сценические костюмы — выступали в образе то "техничек" в синих халатах, то "каратисток" в боевых кимоно, то "сумасшедших монашек" с характерными шляпами. Обратились к дизайнеру Лесе Патоке, за год сотрудничества с ней многому научились, например, находить профессионалов и доверять их мнению. Результат можно оценить, посмотрев клип на песню Let me — он крутой.

Девушки фонтанировали идеями, многие из них требовали денег. Продюсера, который мог бы их добыть, у трио не было, но они нашли выход: в 2016 году обратились к поклонникам Panivalkova с просьбой помочь собрать средства для записи нового альбома "Донтворі". Идею поддержали и пластинка получилась такой, как задумывалась: писались в приличной студии, смогли пригласить хороших музыкантов, мастеринг делали в Америке. В зависимости от суммы жертвователи получали подарки: варенье, диски. Свидание с Panivalkova оценили дорого, желающих не нашлось. "Я думаю, что это и не нужно, — чуть улыбается Ира Кульшенко. — Бывает, знакомишься с артистом, у тебя есть какие-то надежды, ожидания от него. А оказывается, что он даже ест, и его любимая еда — огурцы. Ну, короче, не стоит".

На ТВ музыканты не рвались, но если Panivalkova приглашали на популярный телеконкурс, как правило, не отказывались. Решать такие вопросы трио с его нечётным количеством голосов нетрудно, в группе демократия. Так побывали на конкурсе "Х-фактор", где явно впечатлили жюри. Но от продолжения шоу решили отказаться: ехать в тренировочный лагерь, чтобы готовить кавера, показалось неинтересным. "Надо — не надо? Не надо".

В 2017 году приняли участие в отборе на "Евровидение". Амбиций выиграть конкурс не было, шли на него, чтобы заявить о себе новой аудитории и получить опыт работы в шоу такого масштаба, потому и выступили с неформатной песней "Докучаю". "Разобраться в формате, в том, чего ждёт публика этого конкурса, было несложно, но мы не собирались специально писать попсовый хит, нам это неинтересно. Поэтому показали то, что умеем, что нам нравится", — говорит Лузина.

Опыт был полезным. Оказалось, нелегко восемь часов ждать выхода на сцену, а, когда ты уже устал от ожидания, собраться и работать. Девушки поняли, что не умеют выступать под минусовую фонограмму, изображая игру на музыкальных инструментах. Хотя и здесь постарались учесть все мелочи. "В "Докучаю" звучат литавры, поэтому для телесъёмки пригласили литавриста. Он появился на экране на две секунды, но мы знали, что он там есть, это правильно", — приводит пример такой дотошности Кульшенко.

Но появление в шоу такого уровня ничего не гарантирует музыканту: мало один раз выступить, чтобы получить заказы на концерты. Популярность могло бы принести постоянное мелькание в телевизоре, однако прилагать усилия для этого Panivalkova не собирается. Более того, недавно девушки отказались от участия в популярном телешоу. Понимают, что для пиара группы это было бы полезным, но "не надо".

— То есть живёте по принципу "сами всё предложат и сами всё дадут"? — замечаю я.

— Да. Однажды мы отправляли на один канал видео на песню Let me. Нам сказали, что мы не звёзды первой величины, до свидания. А потом сами нас позвали, — улыбается Кульшенко.

Африка манит

Больше всего музыкантов интересуют живые концерты. Летом Panivalkova устраивали большой европейский тур. Это стало возможным благодаря тому, что в Берлине у трио появился агент — Наталья Падабед, которая возит в Европу "Даху Браху" и Dakh Daughters. Составили концертный график, который иногда приходилось перевёрстывать на ходу, добавляя новые выступления. Девушки шутили, что так они никогда не вернутся домой, в туре обзаведутся детьми, проживут всю жизнь.

Наконец вернулись, занялись студийной работой. Скоро можно будет оценить результаты: осенью выйдут два сингла, к которым снимут клипы. "Один сингл написан в сотрудничестве с электронным музыкантом Morphom. Вторая песня "Космополітік" полностью наша, но мы привлекли много музыкантов. Эта песня о любви, о добре, о единстве всех людей на Земле, мы хотим выразить это с помощью разных инструментов, в том числе этнических. Песня очень сильная", — интригует Даша.

С 3 ноября стартует "Космополітік-тур" по крупным городам Украины. В последний раз трио гастролировало по стране больше года назад, девушкам интересно посмотреть, как изменилась их публика, прибавилось ли её. Тур завершится 9 декабря в Киеве концертом в Малой опере. Параллельно группа думает над новым альбомом, подбирает к нему материал. "Скорее всего, мы начнем работать над ним в январе, но ещё непонятно, когда выйдет альбом, надеемся, что в 2018 году", — говорит Пугачёва.

Уйдя с "обычных" работ, девушки часто бывают заняты с утра до позднего вечера. Вот и на вечернюю встречу со мной они пришли с утомительной многочасовой фотосессии. Но напряжённый график не отбивает желания заниматься музыкой и мечтать.

Со мной делятся лишь двумя мечтами. Первая — выступить на стадионе "Уэмбли".

— Это не так тяжело, — Ира Лузина провоцирует взрыв хохота.

— У Иры есть брат, очень прикольный. Он как-то скинул в чат картинку: от Киева до "Уэмбли" не так уж и далеко, всё возможно, что тут ехать, — говорит её тёзка. — Мой план: "Даха Браха" играет там концерт, мы — на разогреве. А потом поменяемся.

Вторая мечта — путешествовать, но не так, как во время гастролей, когда всё видишь только из окошка автобуса. Обязательно нужно погрузиться в культуру, особенно в её музыкальную составляющую. Даша признаётся, что очень хочет отправиться с экспедицией в Африку, познакомиться с местными племенами, записать их песни и сделать из этого свой материал.

Девушки рассказывают об этом, постоянно смеясь, но я отношусь к их словам серьёзно. История Panivalkova говорит о том, что этому трио удаётся всё задуманное. Похоже, оберегающая их муза действительно сильна. А принцип "надо" — "не надо" работает безотказно.


Источник: focus.ua

Комментарии 0

Авторизируйтесь, чтобы оставлять комментарии.